Мосгорсуд определил, с кем из родителей должна остаться внучка генерала МВД

Мосгорсуд рассмотрел апелляционную жалобу Екатерины Прониной, которая вот уже почти три года пытается добиться встречи с несовершеннолетней дочерью. Сейчас девочка живет на Кипре вместе с отцом Александром – сыном экс-начальника ГУВД по Москве Владимира Пронина.

22 февраля текущего года Тверской районный суд столицы оставил двендцатилетнюю девочку жить с отцом (дело № 02-0353/2017); именно это решение и обжаловала в столичной апелляции его бывшая жена. Судьи Борис Гербеков, Ольга Бабенко и Ольга Курочкина сегодня, выслушав доводы сторон, оставили это решение без изменения (дело № 33-20450/2017).

Екатерина (в девичестве Шашенкова) и Александр Пронин познакомились весной 2002 года, а уже в январе 2003-го поженились. Родители молодых были высокопоставленными чиновниками: Владимир Пронин за месяц до свадьбы был назначен главой ГУВД по Москве (до этого занимал пост начальника УВД Юго-Восточного округа), Евгений Шашенков был вице-президентом «Росспиртпрома», а его жена Людмила возглавляла Дом приемов Правительства РФ. В 2009-м после того, как глава ОВД «Царицыно» майор Денис Евсюков расстрелял людей в супермаркете «Остров» (двое погибли, больше 20 были ранены), генерала Пронина сняли с должности, и он устроился работать в Управление делами Президента РФ.

В 2005 году у Прониных родилась дочь, но семейная жизнь не сложилась, через три года они решили развестись. 9 декабря 2008 года Екатерина и Александр подписали соглашение об уплате алиментов, в котором определили, что до совершеннолетия ребенок будет жить с матерью в квартире в Весковском переулке, 13 октября 2009 года супруги оформили развод.

Александр уехал жить на Кипр, а в 2013 году предложил бывшей жене вместе с дочкой переехать к нему. Девочка пошла в школу, ее отец тем временем убедил экс-супругу разрешить оформить для ребенка вид на жительство. Летом 2014 года в гости к сыну должны были приехать Пронины-старшие, с которыми Екатерина после развода не слишком ладила. Александр, во избежание конфликтных ситуаций, попросил ее оставить дочку с ним, чтобы та могла пообщаться с бабушкой и дедушкой, а самой на это время уехать в Москву. Вернувшись домой, Пронина обнаружила, что дверные замки в квартире, оставленной ей мужем, заменены, а ее личные вещи остались внутри. Практически невозможной стала и дальнейшая связь с бывшим супругом и дочерью. Вопреки заключенному между ними соглашению, Александр активно препятствовал любой попытке экс-жены увидеть дочку или поговорить с ней, после чего та, исчерпав иные возможности, 28 сентября прошлого года обратилась в суд.

Истец считает, что решение, которым ей отказали в удовлетворении требований, принято с существенными нарушениями норм материального и процессуального права, кроме того, суд проигнорировал ее многочисленные ходатайства и не учел интересов ребенка.

Так, например, указано, что «ребенок в равной степени имеет привязанность к обоим родителям…» Между тем, пишет Пронина в апелляционной жалобе, большую часть своей жизни девочка провела с матерью, а совместное проживание с дочкой отец обеспечил себе «противоправными действиями, забрав ребенка у матери и ограничив общение с ней вопреки заключённому соглашению, нарушив тем самым его условия». Это соглашение суд также проигнорировал, хотя оно не утратило своей юридической силы и не было оспорено.

Девочку спросили о том, с кем из родителей она хочет остаться, посредством видео-конференц-связи, несмотря на то, что закон запрещает использовать ее в закрытых процессах. Кроме того, ребенка опрашивали в отсутствие психолога, отца, мать и ее родственников на время разговора попросили удалиться из зала суда, но с девочкой по ту сторону экрана находились ее бабушка (мать отца), няня, приглашенный нотариус и директор школы.

Пронина считает, что суд не оценил ее положительные качества и характеристики и доказательства привязанности к дочке (заверенная нотариусом СМС-переписка с экс-супругом и просьбы увидеть ребенка), а также проигнорировал императивные требования Конвенции о правах ребенка и Декларации прав ребенка, где говорится, что малолетних детей нельзя разлучать с матерью, кроме как в исключительных обстоятельствах, которые установлены не были.

Кроме того, отказав в иске матери и решив, что девочка должна остаться с отцом, суд вышел за рамки рассматриваемых исковых требований, поскольку тот не заявлял встречного иска и не изъявлял желания проживать с ребёнком, считает Пронина.

На первом заседании по делу, состоявшемся 30 мая, представители истца заявили ряд ходатайств. В частности, они просили доставить в суд саму девочку, чтобы опросить, с кем из родителей она хочет жить «вживую», а не по скайпу, поскольку в прошлый раз ребенок ответил «на Кипре с отцом», а не с матерью в холодной Москве. Кроме того, было заявлено ходатайство о назначении психолого-психиатрической экспертизы для Прониной-младшей и об исключении из материалов дела ряда документов, полученных, по мнению стороны истца, с нарушениями. Суд ни одно из них не удовлетворил, однако перенес заседание на 15 июня, поскольку органы опеки, которые также должны были участвовать в процессе, не были извещены должным образом.

На сегодняшнем заседании представители Прониной Наталья Забрудская и Елена Мовсесян заявили новое ходатайство об экспертизе, на этот раз психолого-педагогической, в отношении каждого из родителей. «Мы юристы, а не психологи и педагоги, и, так как суд первой инстанции не привлек к участию в процессе ни одного специалиста, экспертиза необходима», – убеждала суд Забрудская, полагая, что эксперты помогут определить, с кем девочке будет комфортнее, какие у нее отношения с родителями, не переносят ли те неприязнь друг к другу на общение с ребенком и так далее. Представитель ответчика Елена Забралова возражала, указывая, что в аналогичном ходатайстве уже отказали на прошлом заседании. Кроме того, ничего не мешало истцу просить об экспертизе при рассмотрении дела в суде первой инстанции. Суд в ходатайстве отказал.

В своем выступлении представители Прониной ссылались на доводы, указанные в жалобе. Говорили о том, что мать никогда не запрещала отцу видеться с девочкой, сам же он всячески ограничивает общение: запрещает няне давать дочери телефон, когда той звонит мама, да и увидеться им позволил всего один раз, в августе 2015 года, когда та случайно узнала, что экс-супруг привез ребенка в Москву. Сама Пронина подтвердила, что бывший муж категорически запретил ей прилетать на Кипр и приближаться к дочке и даже угрожал, что могут подтвердить имеющиеся в деле распечатки переписок.

Забралова же утверждала обратное. По ее мнению, родители по обоюдному согласию изменили место жительства дочери, когда та вместе с матерью переехала на Кипр. «Истец сама выбирала школу, самостоятельно дала согласие на проживание и получение вида на жительство для ребенка», – приводила она доводы в подтверждение своих слов. Говорила она и о том, что Прониной никто не запрещал видеться с девочкой, та же якобы «уехала, никому ничего не сказав», а потом занялась личной жизнью и родила второго ребенка, а о дочери вспомнила только в прошлом году, подав заявление об определении ее места жительства после иска о разделе имущества. «Пронин предлагал ей прилететь и оплатить билет, чтобы она до заседания [в суде первой инстанции] увиделась с девочкой, но она не посчитала нужным и не приехала до сих пор», – говорила суду представитель.

Поспорили стороны и о том, с кем из родителей ребенку будет комфортнее. Представители Прониной не отрицали, что отец полностью обеспечивает дочь, она живет в хорошем доме, учится в школе, занимается гимнастикой и участвует в международных совернованиях. Вместе с тем фактически девочку воспитывает няня «при живой матери», поскольку отца часто не бывает дома. У Прониной же новая семья, маленький ребенок, и она готова посвятить себя воспитанию дочери. При этом материальное положение позволит обеспечить девочку всем необходимым.

Представитель экс-супруга парировала: когда ребенок жил с матерью, та также не уделяла ей должного внимания, переложив часть забот на няню. Сейчас же неясно, как новый супруг отреагирует на ребенка от предыдущего брака, поскольку в материалах дела его позиции по этому вопросу нет. «Там новая семья, неясно, как к этому отнесется новый муж кавказской национальности», – отметила она.

«Мы будем реагировать на признаки проявления ксенофобии представителем ответчика в судебном процессе», – прокомментировала последний выпад Забрудская, уже после заседания, на котором «тройка» засилила решение суда первой инстанции. Сама же Пронина намерена обжаловать акты, принятые не в ее пользу, в Верховном суде.

В Тверском райсуде зарегистрировано еще несколько споров между экс-супругами Прониными. Заявление по «спору, вытекающему из семейных отношений», № М-24731/2016 принято к производству примерно тогда же, когда и иск об определении места жительства ребенка – 30 сентября прошлого года, ход рассмотрения дела на сайте суда не отражен, аналогичная ситуация складывается с еще одним иском (№ М-11343/2016), который начали рассматривать еще в январе 2016 года. Еще одно дело (№ 02-1730/2016), как и спор о разделе имущества (№ 02-7060/2016), Пронина проиграла. Все дела экс-супругов были отписаны одной и той же судье Марии Москаленко.

по информации  «Право.Ru»

Мы в Google+

С уважением, Ваш адвокат, Титаренко Олеся Валерьевна.

Позвоните мне сейчас по телефону: +7 (921) 339-66-99,
мы встретимся, обсудим Вашу ситуацию и выработаем ИНДИВИДУАЛЬНУЮ СТРАТЕГИЮ юридической защиты.

Мы в Google+